Сетевое СМИ «Друг для друга Курск Онлайн»

Архивный номер № 8 (594) от 21 февраля 2006Новости


«КРЕСТИКИ-НОЛИКИ»

Старший прапорщик сменил армию на вышивку

Отставной военный Петр Инглин помнит, когда впервые пришлось взять иглу в руки. Пришивание подворотничка к воротничку обернулось исколотыми пальцами и кривыми строчками. Теперь он этим традиционно женским инструментом творит настоящие чудеса – любую представительницу слабого пола за пояс заткнет.

Петр Инглин вышивает по десять часов в день
Петр Инглин вышивает по десять часов в день

Игла вместо автомата

О том, когда именно началось его увлечение вышивкой, Петр Федорович отвечает по-военному четко, с точностью до месяца. В ноябре 1995 года старший прапорщик ушел на пенсию – и сразу нашел себе новое занятие. «Случайно наткнулся на клочок ткани, вышитой бабушкой или прабабушкой, – рассказывает он. – Меня задело за живое – если женщины могут, чем мужчины хуже? Две недели рассматривал этот клочок – соображал, как это делается. А потом взял лоскут обыкновенной материи и вышил розу. Но какой-то одинокой она показалась. В итоге получился целый узор – из этой вышивки жена сделала подушку».

С тех пор Петр Инглин больше за цветы не берется – оставил «красивости» для дам. Вышивает портреты, иконы и сказочные сюжеты. Его работами, вставленными в рамы под стекло, увешана вся квартира в поселке имени маршала Жукова. Стиль мастера-самоучки отличается от классической вышивки крестом. Но именно потому, считает он, его работы и интересны. Инглин – участник многочисленных выставок, как-то делал фотографии своих картин, чтобы передать немецкой делегации.

«Я не могу вышивать по канве, – поясняет Петр Федорович. – Только на обычной ткани. На канве глаз получается как простой крестик. А ведь нужно взгляд передать. Если это у меня получается – весь рисунок выйдет идеально. Если же глаза не вышли – надо заново начинать».

Вышивка глаз – далеко не первый этап работы. Вначале лоскут ткани расчерчивается на ровные квадратики по нескольку миллиметров. Потом на сетку наносится рисунок. «Иногда могу по неделе на этот рисунок смотреть, – говорит мастер, – примеряясь, с чего лучше начать». Но начинает все равно всегда с глаз персонажей. Со сказочными героями проще. А вот если за портреты берется, нужно и зрачок, и радужку, и ресницы вышить… При этом взгляд действительно получается «живой». Так однажды, вышивая портрет Серафима Саровского, Петр Федорович не поверил художнику, с чьей иконы перерисовывал изображение. «Не может быть у такого духовно сильного и стойкого человека столь загнанное выражение лица», – рассудил Инглин. Сравнивая два изображения, бумажное и на ткани, мы не поняли, что именно изменил мастер, но смотрит вышитый Саровский, действительно, иначе.

Пальцы не чувствуют уколов

«Разве Я мог когда-либо подумать, что у меня такой интерес будет?!» – удивляется мастер. Вспоминает первоначальный сарказм жены (та говорила, что даже старые бабки уже позабыли, что такое ручная вышивка) и подшучивания друзей. Тогда никто не думал, что новое увлечение настолько захватит бывшего военного. «Если мужчина-художник работает кистью и красками, – размышляет Инглин, – это никого не удивляет. Меня можно назвать тем же художником, только вместо красок – нить и игла». Кстати, оказалось, и то, и другое найти в Курске непросто. Игла должна быть очень тонкой – в той, которую нам показал мастер, мы с трудом смогли рассмотреть ушко. А с нужными оттенками мулине – целая проблема.

«Как вы думаете, сколько здесь цветов?» – улыбается Петр Федорович, указывая на небольшую вышивку с попугаем. Сказав, что примерно десять, мы ошиблись – оказалось, больше 60. Подобрать один к другому – настоящее искусство. Работа над рисунком средних размеров занимает около месяца. При том, что мастер может сидеть за вышивкой до 10 часов в день. Говорит, пальцы так привыкли, что почти не чувствуют уколов иглы – даже кровь не выступает. Оригиналы любовно изготовленных работ Инглин не продает и не дарит. Если кому-то понравится сюжет, вышьет для него копию картины.

«С учетом всех моих ошибок и недоработок второй экземпляр даже лучше получается», – говорит он. Но денег на этом заработать не стремится. Пока самая дорогая проданная работа – икона Спаса Нерукотворного. Полотно размером полметра стоило чуть дороже тысячи рублей. К «военной» тематике можно отнести всего одну работу. Автопортрет старшего прапорщика в форме.

Сейчас Петр Инглин занят иллюстрациями к «Красной шапочке». «Люблю вышивать сказочных персонажей, – говорит мастер. – От них добротой веет». На стене в коридоре уже висят пять «шапочек». Идет работа над волком. Но долго зацикливаться на одной теме мастер не привык. В перерывах между героями Шарля Перро как раз был вышит Серафим Саровский, о котором мы уже говорили. Самый неприятный момент для Петра Федоровича, это когда одна работа уже закончена, а следующий сюжет еще не найден. «Нервным становлюсь, – делится мастер. – Руки некуда деть. Мечусь по квартире, пока жена не осадит: «Да успокойся, – говорит, – найди себе уже новую картинку».

Ирина ТРЕТЬЯКОВА


Отзывы читателей (1)


милена12 февраля 2010, 15:26:43
e-mail: Kuzy1972a@mail.ru, город: Самара

Здорово что мужчина вышивает. Хотела бы посмотреть ваши картины.



Выскажите своё мнение о статье

Имя: *
E-mail:
Город:
Смайлики: smile super yes no beer wink tongue laugh finish boy love girl confuse joy good fright sleep wall amaze angry box shok star kill stop suicide
Текст * сообщения:
Защита от спама *: Введите 6 цифр на картинке  → 
Поля, отмеченные (*), обязательны для заполнения.
© ООО «Друг для друга — Медиа», г. Курск, 2003–2020